HP: AFTERLIFE

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » HP: AFTERLIFE » Альтернатива » You’re the reason l lose “never have I ever”.


You’re the reason l lose “never have I ever”.

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

Название
You’re the reason l lose “never have I ever”.
Участники
Люциус Малфой - "Чарльз Ксавье",
Северус Снейп - "Магнето",
Лорд Волдеморт - "Себастьян Шоу",
Алиса Лонгботтом - "Мойра Мактагерт",
Беллатрикс Лестрейндж - "Эмма Фрост",
Нимфадора Тонкс - "Рейвен",
Драко Малфой - "Риптайд"
Амикус Кэрроу - "Азазель"
.... список далеко не окончен
Время и место действия
Штаты, 1962 год.
Описание отыгрыша
А что будет, если переписать Марвел под вселенную Роулинг?
Только сегодня, в формате краткого содержания.

+1

2

Две недели назад.

- Мистер Рейман, к вам посетитель.
- Кого там принесло?
- пожилой мужчина отложил очки в сторону и потер виски.
- Профессор Сноу, из МТИ, по поводу системы водоснабжения в вашем новом холдинге. На подпись контракта.
- Точно, пускайте его, проект был хорош, думаю, мы не на долго. Позвоните моей жене, Люсия, пусть она ждет меня к ужину.
- Хорошо, мистер Рейман. Проходите,
- девушка, не старше двадцати пяти приоткрывает дверь. В кабинет входит высокий мужчина. Черные волосы до плеч, жуткие черные глаза, огромный нос, водолазка под горло и длинный кожаный плащ.
- Добрый вечер, мистер Рейман, - губы расплываются в жуткой усмешке. Мужчина кошачьей походкой подходит ближе к столу и усаживается, закинув ногу на ногу. Ручка двери в кабинете покрывается коркой льда. Мистер Рейман чувствует, как капля пота стекает по его скуле. Он тянется к телефону. Рука застывает на месте, немного нагревается и плавно опускается на столешницу.
- Не стоит, мистер Рейман.
Мужчина достает из кармана стопку фотографий. Фотокарточки выстраиваются в ряд прямо в воздухе. Пахнет сыростью.
- Смотрите, мистер Рейман, - мужчина скрещивает пальцы. - Это был мой отец, - фотография увлажняется и медленно плывет к лицу мистера Реймана. Тот все еще не может даже моргать. На карточке скелет, обтянутый сухой кожей. Пустые глазницы, потрескавшиеся губы. Несколько секунд хозяин кабинета пялится на фото, и после краски начинают сползать цветными потоками, образуя лужу на столе.
- А это, - остальные фотографии стайкой подлетают к своей предшественнице, - ваши дорогие бывшие коллеги. - Искореженные трупы, разной степени высушенности. - Некоторые из них умирали быстро. Те, кто давал мне нужную информацию. Некоторые, мучились часами. Что выберете вы?
Рот отмер.
- Кто вы такой? - трясущимися губами Рейман взирал на знакомые лица. - Что вам нужно?
- Я могу начать с почек. Без них можно жить.
- Что..., - Рейман заскулил от боли.
- Воздух, - доверительно поделился мужчина, - отличный звукоизолятор. Если находится между двух пластин льда.
- Итак, мне нужен Шмидт. Или Шоу, как он сейчас себя называет.
Рейман с ужасом посмотрел на мужчину и начал говорить. Видимо, к жене он сегодня не вернется.

Северусу понадобилось не так много времени, чтобы избавится от всех улик, раскрывающих его присутствие в этом здании. У него на сегодня была назначена еще одна встреча. Та самая, из-за которой он, по открытым данным, и прилетел в Париж.

Настоящее время.

Сегодня был знаменательный день. Двадцать  лет он шел к этому дню, двадцать лет копил в себе ненависть, чтобы суметь отомстить. Последние пятнадцать он оттачивал свои навыки, познавал физику воды и просыпался в холодном поту от кошмаров. Скелеты, обтянутые алой кожей смотрели на него из пустых глазниц, и во сне Снейп не мог сбежать от их осуждающих взглядов. Он и в реальности не мог от них сбежать. Тридцать семь человек. Тридцать семь продуманных убийств. И несчетное количество убийств непродуманных. Если бы кто-то мог представить, что Северус просыпается день за днем и бездумно глядит в потолок, размышляя, стоит ли его месть его кошмаров. И раз за разом - 247828. И раз за разом – стоит.

20 лет назад.

- Берите ублюдка и сучку, я всегда знал, что они, - отца отпихивает с порога офицер в темно-зеленой форме со свастикой на плече. Он не успевает договорить и падает на пол. Ему в руки летит мешочек, в котором весело стучат монеты. За сколько марок ты ему продался, Иуда?
Шел 1942 год. Немцы мели всех евреев в гетто без разбора. Уже скоро эти гетто превратятся в пылающие печи. Только Северус не попадет в печь. Северуса бы не существовало, если бы тогда, слякотной осенью сорок второго Эцхака Эткинда не приметил мистер Шмидт. Вернее не так. История творилась не так.

Под ногами чужая кровь и чужие слезы смешивались с размытой сотнями ног грязью. Ботинки месили эту жижу, и евреи строем шли на плаху. Польские евреи, французские евреи, немецкие евреи – все. То тут, то там раздавался скулеж, выкрики «мама» на идише. В ответ раздавались выстрелы и грубое: «Sei still, Tiere». Молчите, твари. Вы хотите, чтобы мы молчали? А вы не думали, что мы не твари?
Эцхаку тогда уже перевалило за 12, и он, на свою беду прекрасно знал немецкий. Знал, но молчал. Знал, и боялся.
Он не хотел быть среди тех «их», которые стадом шли – куда он шли? Он хотел быть где угодно – но здесь. Через несколько минут его желание исполнилось.
- מאָם, - отчаянно кричал он. В примитивных немецких ушах слышалось «мом», и они только хохотали над его усилиями. Эцхак любил свою мать. Она учила его играть на скрипке, укрывала теплым одеялом, даже когда было особо холодно, и делилась с ним хлебом. Война – неблагодарное время.
Его потащили к другим воротам. Мать волокли по земле два немецких солдата.
- Нееееет, - кричал Эцхак и бился в стальной хватке. Через секунду его окружил теплый пар и дикий крик. Меньше чем через минуту его палачи упали замертво. Все вокруг замерло. Эцхак кинулся к матери – он был свободен. Он схватился за металлические прутья решетки и с силой тряс не поддающийся металл.
На его плечо легла чья-то рука и сознание померкло. Как он ошибался. Он совершенно точно не был свободен.
И не будет свободен еще двадцать лет. 

Настоящее время.

Северус Снейп нырнул под воду прямо в плаще. Высушить одежду будет секундным делом. Таскать с собой водолазный костюм – только лишним трюкачеством. Он сделает все быстро. Тридцать семь секунд – и от Себастьяна останется только воспоминание. Если все делать быстро – он может уложиться в тринадцать. Он бы потренировался подольше, но такого шанса могло не предвидится. Шмидт был в Штатах – а он крайне редко захаживал в окрестности Северной Америки. И пусть, пусть от Бостона до Невады был неблизкий, это все же лучше, чем пересекать Атлантику. Иногда даже быстрее. Если плыть. Плавал Снейп прекрасно, большей частью потому, что для этого практически не прилагал усилий. Жидкость не просто была у него в крови – жидкости прекрасно его слушались. Сначала Севрус был уверен, что может только выуживать из людей жизнь, но не зря он столько лет просидел за микроскопом и в обнимку с ускорителем частиц. Молекулярная физика, начавшаяся для него с гидравлики, законов движения и статики жидкости, продолжилась физической кинетикой – он нырнул гораздо глубже в структуру вещества. И сейчас мог совершать вещи, малый список которых запрет его за решетку до конца его недолгих дней. Но Северус был крайне умен и крайне скрытен. Он никогда не встречал подобных себе, и это давало ему надежду на то, что его никогда не смогут поймать. Если до сих пор не поймали... Шмидт будет его последней жертвой – со всеми прочими он уже расправился.

18 лет назад.

- Давай, мальчик, сделай это, - мерзкая улыбка человека в костюме и пищащая в клетке мышь.
- Я не буду.
Улыбка стекает с его лица.
- Приведите его мать.
Эцхак с ужасом смотрит на человека.
- Давай, Северус. Ты можешь.
Я не Северус, - хочет сказать мальчик. Но мальчик боится. Они действительно приводят его мать. Мальчик выставляет руки вперед и старается изо всех сил. Человек достает из тумбочки пистолет и наставляет его на мать.
- Я буду считать до трех, Северус.
- Я не могу, - в панике кричит мальчик и с усилием зажмуривается. Ему страшно. В прошлый раз тоже было страшно.
- Раз, Северус, - мальчику кажется, что у него в голове кипит кровь.
- Два, Северус, - мальчику кажется, что кровь кипит не у него в голове. Мальчик распаивает глаза. Крыса все также пищит. Мерзкое животное.
- Три, Северус. Это твоя вина, - мужчина выпускает пулю.
Мальчик кричит. Животное корчится на столе. Мальчик переводит взгляд на солдат. Их кожа покрывается ровным алым слоем. Красные кровяные тельца. Мальчик узнает об этом позже. В комнате стоит пар. Мех животного насквозь промок. Как и солдатская форма.
- Молодец, Северус. Это достойно награды, - ликует мужчина.
Мальчика теперь зовут Северус Снейп.

Настоящее время.

Снейп не боялся жить под своим собственным именем – если бы Шмидт хотел его найти – он бы достал его из-под земли. Северус был ему больше не нужен. Он боялся узнать – почему. Но сегодня не время задавать вопросы. Сегодня время убивать. Северус вынырнул недалеко от яхты. На палубе было четверо. Шмидт сидел к нему спиной. Женщина в черном раскинулась на шезлонге, два мужчины устроились на носу корабля. На всех троих Снейпу было плевать. Он начал медленно сжимать кисть.
Шмидт вскинулся тот час. Внимательно оглядел палубу. Женщина в черном кивнула в сторону Снейпа.
- А это еще что за чмо? – вопросил человек, нет, не человек, существо. У него была красная кожа, и хвост охватывал правую ногу. Снейп бы поднял бровь и перелистал бы Тору, будь у него на это время и желание.
- Кого я вижу, Северус, мальчик мой. Ты же всегда был умным человеком, ты же понимаешь, что не стоило делать глупостей?
Сила не работала. Шмидт – теперь Шоу – и не поморщился. Более того, он ничуть не изменился за прошедшие годы. Даже помолодел.
- Ты знаком с первым законом термодинамики?
Снейп был прилежным студентом. А еще он уже лет девять вдалбливал этот закон в незадачливые головы студентов.
Количество теплоты, полученное системой, идет на изменение ее внутренней энергии и совершение работы над внешними телами.
- Ты – это внешнее тело, Северус, - Шоу расплывается в усмешке и в его руках формируется шар. Тепловое излучение в чистом виде. После всего, что он видел, после всего, что он сам мог совершить – а он мог многое, это выглядело как... всесилие.

Себастьян Шоу повелевал Энергией. Северус ушел под воду секундой спустя. В своей стихии он чувствовал себя спокойнее. Здесь он был в безопасности. Верхний слой воды нагрелся моментально. Северус нырнул еще ниже, чтобы не сварится в соленом бульоне. Если вода ему навредить не могла, но прочие составляющие – вполне.
Дышать в соленой воде было больно – почти также больно, как в хлорированной. Но Северус учился. Учился отделять молекулы, учился выводить весь шлак кровью, учился выживать. Большими гребками он уходил глубже. Сто метров, двести. Невероятное давление толщи воды не ощущалось – он просто разгонял жидкость там, где плыл. Жар уже не доставал до него. Северус был в бешенстве. Больше десятка лет он пытался контролировать свою злость, но она опять просацивалась во все щели. Если бы он мог кричать – он бы орал. Северус бросил последний взгляд наверх и замер. Над его головой проплывала подводная лодка.
Шоу.
Резкое движение рукой. Молекулы воды, толпы, сотни миллионов молекул закружились в водовороте. Хотите узнать первый закон Архимеда? Зачем он вам? Воронки проще. Снейп раскручивал маленькое цунами, которое поглотило бы подлодку под собой. Существа – Моисей и все пророки, он не единственный такой – что находились внутри были обречены. Все побережье Флориды было обречено. Снейпу было плевать. Это механическое воздействие. Никакой энергии. Шоу с этим не справится. Северус с трудом справлялся с давлением, все силы уходили на раскручивание воронки. Пусть, он умрет здесь. Но вместе с ним ко дну пойдет и Себастьян Шоу.

*

Авторство бессмертных цитат Лорда и Амикуса было с ними согласовано.

+2


Вы здесь » HP: AFTERLIFE » Альтернатива » You’re the reason l lose “never have I ever”.