HP: AFTERLIFE

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » HP: AFTERLIFE » Афтерлайф: прошлое » Продам дрова. Недавно наломала.


Продам дрова. Недавно наломала.

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

1. Название
Продам дрова. Недавно наломала.
2. Участники
Алиса Лонгботтом, Рабастан Лестрейндж
3. Место и время действия
Арт Салон: "Dubois", около 13 лет назад.
4. Краткое описание отыгрыша
Адель просто пришла мстить за самое дорогое в жизни не в то(или всё же в то) место.

0

2

Настоящее время.

- Дорогая. Мы же только с самолета, - сонно сказал Альфред, подавляя зевок и, вероятно, борясь со страшным желанием вставить спички себе в глаза: - Твои ипподела никак не могут подождать? Что с университетом, кстати?
- Успеется. Ты ложись спать. Плевать на вещи, разберем днем. Я хочу заглянуть в клуб, наверняка за четыре года появилось что-нибудь новенькое.
- Ты уверена, что сейчас там вообще кто-нибудь есть?
- Не учи ученого. Оно круглосуточное. Всегда было и будет.
Сборище под названием: "Черная грива" - было чем-то вроде неофициального конного клуба. Адель была там в последний раз перед самым отъездом в Шотландию. 
И сейчас её буквально трясло от нетерпения. Это место было сродни дому, оно состояло из знакомых целиком и полностью. Небольшие несколько залов, очень много изображений лошадей в интерьерах, вечные копыта в разговорах. 
Сюда съезжались со всего города, а всё потому, что клуб был чуток особенный. Скорее для болеющих и одержимых лошадьми, нежели просто для любителей и праздно интересующихся.
Вызвав такси, Лоухилл еле нарыла в сумке старый членский билет(впрочем, в этом необходимости не было, её бы и так узнали). Уже от самых дверей начала здороваться.
Ввиду бессонной ночи, долгого перелета и нервозности в целом, она сходу заметила неладное.
Они замолкали, когда Адель подходила ближе, они отводили глаза, пускай и рады были видеть её, спустя несколько лет.
- Что за черт... - почти прошептала, наконец подходя к стойке, очень похожей на барную или может отельную, где стоял высокий седеющий мужчина: - Здравствуй, Шон. Узнал меня, конечно. Ничего не хочешь рассказать? Почему все на меня пялятся, как будто из мертвых воскресла. Да, несколько лет назад я сломала чертову ногу, уехала лечить крышу, вот вернулась теперь. А с ними-то всеми что?
Мужчина по имени Шон втянул голову в плечи и опустил глаза, медленно потерев пальцами подбородок: 
- Ты же помнишь... как нагрела Боу с возможностью купить того коня на аукционе? Помнишь, как доказала жестокое обращение, профнепригодность, как добилась его позорного исключения из жокеев? 
- Конечно! - голос Адель прорезала неподдельная гордость: - С одиннадцати лет об этом мечтала. Настоящая победа. Я уже и забыла напрочь про этого гада. 
- Э... вот только он тебя не забыл. 
- Что...ч...то он сделал? 
- На прошлой неделе являлся сюда. Хвастался. Пьянющий, просто в ноль. 
- Хвастался? 
- Он потратил все эти годы на то, чтобы найти твоего первого коня. Того, отданного на племенной завод. Похоже, это была настоящая цель с тех пор, как ты его прокатила. 
- Что он сказал? 
- Адель...тебе не нужно это знать, я прошу. 
- Говори! 
- Он купил Рудольфа. 
Адель охнула, покачнулась, еле устояв на ногах и ухватившись за что-то пальцами. Она не могла дышать, пока в глазах стыли скованные ужасом слезы. 
- Нет... он же садист. 
- Я не должен передавать...но он случайно оставил здесь это. 
На столешницу легла визитка. Небольшая, прямоугольная, глянцевая. Зрение застилала пелена, но волна гнева помогла разобрать: 

Арт-салон: Dubois.

16 лет назад. 

В этот день Адель просто сгорала от нетерпения - её переводили на специализированную спортивную подготовку с предварительной, ведь девочке уже исполнилось десять лет. 
- Сегодня очень важный день, моя дорогая, - позволила себе тренер эмоциональную вольность, положив руку ей на плечо, пока они шли к манежу: - Сегодня ты увидишь своего партнера. 
Речь, понятное дело, шла о коне. 
У профессиональных наездников, как и у любых других спортсменов-профессионалов, должна быть постоянная пара. Для верховой езды это было даже более актуально, нежели для других дисциплин. 
На манеж вывели сосем ещё жеребенка, но даже в его осанке уже проглядывала стать будущего чемпиона. 
Окрас - вороной. 
Имя - Рудольф. 
Он был прекраснее вселенной.

Настоящее время. 

Адель понятия не имела, какого черта Боу забыл в художественном салоне, но он бы ни за что не стал таскать с собой карточку места, в котором почти не появляется. 
Выходит, завсегдатай. 
И это означало, что именно там и следует поискать изначально. 
Она люто ненавидела всё - такси, словно бы плетущееся со скоростью коматозной черепахи, шум взбешенной крови, клокочущий в ушах, даже один из первых двухэтажных автобусов, утомительно ползущий перед ними. 
Не совсем понимая, как и почему это сработало, Адель рычаще назвала имя старого знакомого на входе, сообщила, что рьяно ищет его. 
И всё осознала(на самом деле ни черта не осознала, она вообще мало что подмечала, целеустремленно выискивая единственную фигуру), уже только оказавшись внутри, непосредственно в зале. Она не видела ни дизайна, ни инсталляций. Не хотела видеть. Позже.
Рыбак рыбака - видит издалека. Так вот, наездник наездника тоже. Есть характерные особенности походки, осанки, другие жесты. 
Юджин Боу развернулся от столика, собираясь, похоже, на выход и как раз в этот драматический момент...ему в лицо, со всей силы, прилетело деревянное навершие, в виде пары лошадиных голов, изнутри утяжеленное металлом. 
Адель Лоухилл - элегантная дама с тростью, явно не предназначавшейся ранее для избиения людей; сейчас смотрела как кровь обильно заливает подбородок солидного мужчины, в чьих глазах мелькает смутное узнавание: 
- Ад-д-д... 
- Где моя лошадь, говори! Что с моей лошадью? 
- Ты сдомада мне нос, стерва! 
- Что ты сделал с моей лошадью?!

Отредактировано Alice Longbottom (2017-05-09 17:17:15)

+2

3

Поговаривали, что Юджин Боу - трус и садист. Мажористый сынишка богатого папочки, добившийся всего через отцовские деньги и связи. Бездарный жокей и наездник, чьи последние несколько лошадок погибли весьма загадочно. По мнению, конечно, купленной экспертизы.

Рафаель знал Юджина Боу: многие дети состоятельных семей были так или иначе знакомы между друг другом. И Рафаель знал, что ни единого слова лжи в этих слухах не было. Поневоле его товарищ, он не отличался не то, чтобы честностью или благородностью, или даже храбростью - к черту эти глупые понятия, выдуманные лицемерно добрыми мудрецами, но и воспитанностью и хоть каким образованием. С Юджином можно было обсудить только грудастых девушек, все как одна бедных, из-за чего в арт-салон им пути не было, да разгульную пьянку прошлой ночью. Как тривиально.

Но Борджиа не спешил рвать с ним связи - иногда залетная пташка приносила интересные и даже полезные вести. Вот и в этот раз Боу залетел в двери салона, медвежьи наваливаясь на зашедшего впереди него мужчину - он едва ли удержал равновесие, затылком чуя отвратительно жаркий перегар.

Дальний столик в углу заведения, два бокала с лаймом на кромке, бутылка Хосэ Куэрво на двоих ничего не значит. Как дела, сплетни, слухи, все по накатанной. Новости - санэпидемстанция намеревается нагрянуть и капитально проверить все до волоска, до последней зазубринки на ноже, отчаянно желая закрыть Dubois, слишком сиятельный в своей белизне.
Выпроводить Юджина сложно, как всегда: то бутылку надо допить, плохая примета, то новая пышногрудая стерва денег сосет, возвращаться не хочется, то мужики должны как следует отпраздновать новую встречу. Сейчас ничего не меняется - ничего, за исключением молодой девушки, яростно ворвавшейся в помещение. Боу, в своей манере, не замечает - особа была весьма плоскодониста, но очень целенаправленно приближалась к ним.

Рафаель даже не был уверен, заметила ли она того старичка, мистера Джонса, которого едва не сбила с ног, заметила ли крупного вышибалу, готового по первому знаку вышвырнуть ее отсюда, заметила ли его самого, сидящего, очевидно, рядом с целью. Подлетая к ней на невидимых крыльях эмоций - и вызывая искреннее веселье после слишком традиционно-приевшегося разговора у Борджиа, - она тут же ударяет Юджина по лицу тростью с..

Ох, кажется, навершие-то с лошадиными мордами. Что ж, стоило ожидать, что рано или поздно кто-то из жокеев не выдержит.

Но кровь недавного собеседника, глухой шепелявый голос и неподдельные огонь и страсть в почти бешенных глазах новой гостьи заставляют Рафаеля хрипло рассмеяться. Он смеется долго и громко, в конце даже закашливаясь, откинув голову назад и прикрыв ладонью глаза.

+2


Вы здесь » HP: AFTERLIFE » Афтерлайф: прошлое » Продам дрова. Недавно наломала.